вБлокнот
Авторизация

Делягин: У нас низкая инфляция не потому, что экономика развивается, а потому что люди очень бедны

15-12-2016, 13:55 Делягин
Делягин: У нас низкая инфляция не потому, что экономика развивается, а потому что люди очень бедны


Доктор экономических наук в эфире Радио «Комсомольская правда» анализирует высказывания Дмитрия Медведева на встрече с журналистами.

Делягин:

- Здравствуйте, дорогие друзья. Меня зовут Михаил Делягин. У нас происходит драматическое событие. За неделю до телевизионного общения с Россией премьер-министр Медведев проводит разговор с прессой. Судя по всему, это такая разведка боем, ну и чтобы заодно снять какие-то вопросы, которые накопились. При всем моем критическом отношении к этому персонажу я должен сказать, что одно хорошее слово уже сказано. Тот самый премьер-министр РФ, который несколько месяцев назад шокировал нас всех, а не только пенсионеров, сказав, что на повышение пенсий денег нет, через несколько месяцев непрерывной критики, когда ему приводили данные Министерства финансов, когда ему рассказывали, сколько у него на самом деле есть денег (ну, не у него лично, а у правительства, которое он возглавляет), он еще раз, судя по всему, переосмыслил данную ситуацию и сказал, что деньги есть. Я думаю, что пенсионеры могут теперь порадоваться, а также могут порадоваться и все остальные.

Например, совершенно чудесное заявление. Товарищ Медведев пообещал, что пересмотра приватизации быть не должно, не будет пересмотра приватизации в РФ. Я стесняюсь как-нибудь обратиться к добрым людям. Нас же и некоторые люди во власти тоже, наверное, слушают. Коллеги, вы там как-нибудь намекните товарищу, что у нас пересмотр приватизации уже произошел. Когда нефтяную компанию «Башнефть» забирали у АФК «Система», то это и был пересмотр приватизации. Обычный человек может не знать, не воспринимать юридическую компоненту проблемы, но юрист, каковым по образованию является Дмитрий Анатольевич… Ведь он никогда в отличие от господина Дворковича не похвалился тем, как он плохо учился и с каким пренебрежением он относился к учебе. Он производит впечатление образованного человека. Но с точки зрения юридического аспекта то, что случилось с «Башнефтью», когда АФК «Система» сказали: дорогие друзья, вы эту компанию купили у тех, кто ее приватизировал неправильно, поэтому отдайте ее, пожалуйста. Я это поддерживаю руками и ногами, на мой взгляд, правильное отношение к делу. Но, строго говоря, это и есть пересмотр приватизации. То есть премьер РФ дает нам и бизнесу обещание, правильное обещание, хорошее, бизнесу очень нравится, людям не нравится, которые чувствуют себя ограбленными. Но он не понимает, что делает его собственное правительство.

А теперь давайте послушаем самого виновника торжества. Он много чего сегодня интересного сказал.

Медведев:

- Конечно, всегда есть выбор между теми решениями, которые нужно принимать. Есть такая русская пословица – по одежке протягивай ножки. Иными словами, невозможно планировать какое-то бурное развитие, если для этого нет макроэкономических условий. Именно поэтому, несмотря на все те меры, которые мы принимали, они действительно сыграли в плюс, в том числе план антикризисного развития, и прошлого года, и этого года. У нас экономика сначала падала на 4%, а в этом году совсем немножко, в следующем году начнется переход к росту. Конечно, можно накачать экономику деньгами, можно увеличить дефицит бюджета, можно увеличить объем государственного долга. Но мы с вами понимаем, к каким последствиям это приведет. В результате увеличится инфляция. У нас сейчас инфляция низкая. Так вот, если бы мы пошли по пути накачивания экономики деньгами, у нас бы выросла инфляция, у нас бы в очередной раз обесценились заработки наших людей, пенсии. То есть мы вернулись бы к ситуации 90-х годов. Поэтому мы принимали исключительно ответственные решения.

Делягин:

- Потрясающее высказывание. Что ни слово, то перл. Насчет дефицита бюджета я напомню, что в октябре дефицит федерального бюджета был меньше 1% ВВП. За первые 10 месяцев он был 2,3% ВВП. Притом что на этот год запланирован дефицит в 3%, а правительство Медведева говорило о возможности 3,9% ВВП. То есть нас запугивают тем, чего заведомо нет. Главная цель, как и в 90-е годы, это снижение инфляции любой ценой. Пусть всей страной детям на лекарства собирают по эсэмэскам. Пусть люди лишаются работы. Пусть от безысходности сходят с ума целые населенные пункты. Пусть дети выбрасываются из окон. Главное – снизить инфляцию. Но уже все видели на практике в 90-е годы, что если с инфляцией бороться чрезмерным ужесточением финансовой политики, организацией денежного голода, то это бессмысленное занятие. Можно ограничивать денежную массу, ужесточать денежную политику, только когда инфляция вызвана избытком денег. Когда денег не хватает, инфляция вызвана издержками, произволом монополий, девальвацией рубля и т.д. А так, если вы душите экономику организацией денежного голода, то через некоторое время, для того чтобы обеспечить ее не развитие, а хотя бы сохранение, вам придется обязательно идти на девальвацию, просто потому, что иначе экономика умрет. Мы это проходили много раз. Мы это проходили все 90-е годы. Это выучили все, кроме тех деятелей, которые сидят в правительстве и в Банке России.

Для Медведева это по-прежнему неизвестная вещь. Медведев даже не подозревает, что можно не накачивать экономику деньгами, а осуществлять контролируемый инвестиционный проект. У нас сейчас есть фонды, которые распределяют десятки миллиардов рублей, создают производства. Это точечная работа, но, тем не менее, это не ведет ни к инфляции, ни к коррупции, потому что можно контролировать деньги. Если ограничить финансовые спекуляции, как это делалось во всем мире на нашем уровне развития финансовой системы, а те страны, которые на это не шли, они никогда не становились развитыми, они обваливались в кризисы, в катастрофы. Если ограничить масштабы финансовых спекуляций, тогда деньги пойдут в реальный сектор, и тогда инфляции, как в 90-е годы, не будет. Эта азбука неизвестна председателю правительства РФ.

У меня иногда возникает ощущение, что я вымирающий динозавр, я брожу по болотам и скоро в них лягу, чтобы меня нашли археологи древности. Просто потому, что я умею читать. Если бы господин Медведев хотя бы читал то, что пишут хотя бы в любимом его интернете, с моей точки зрения, вряд ли он повторял бы эти глупости. Я все-таки думаю, что он действительно так думает, что он не лжет, не глумится над нами с вами, он не издевается над экономикой, он вправду так думает. Человек, который не подозревает, что правительство, которое он возглавляет, обязано организовывать развитие. А что касается грамотных антикризисных мер, ну да, для Америки они были грамотные. Когда госпожа Набиуллина (правда, это не подчиненный Медведева) получила звание лучшего руководителя национального банка года, после того как из России ушло почти 150 миллиардов долларов (чистый отток частного капитала). Антикризисные меры объединили все самое худшее, что было в 90-е годы и сейчас. Поддержка в основном достается банкам, а процентная ставка, ставка по кредитам выше рентабельности большинства отраслей Российской Федерации. А председатель правительства называет это грамотными действиями. У нас люди не просто впадают в нищету, люди на встречах, причем бизнесмены, просят: расскажите нам хоть какую-то сказку, чтобы мы в нее могли хоть как-то поверить. У страны отобрана надежда. А человек, который непосредственно возглавляет правительство в этих условиях, который определяет социально-экономическую политику, говорит о том, что это грамотно. Возникает детский вопрос: так на кого работает правительство РФ и его председатель?

У меня перед глазами совершенно потрясающая фраза Дмитрия Медведева: «Рост цен неизбежен в условиях инфляции». Если это не глумятся журналисты, это потрясающе. Что такое инфляция с точки зрения обыденного сознания? Инфляция это и есть рост цен. «Рост цен неизбежен в условиях инфляции», - с умным видом говорит председатель правительства. И он даже не понимает… Ну, может быть, понимает, но мне бы было очень стыдно в этой ситуации, что он говорит. Он хвастается низкой инфляцией. Он обещал нам 5,8%. Может быть, новые данные уже подошли, он обещает инфляцию в 5,5%. Да, это рекордный минимум. Если правительство Медведева существует ради снижения инфляции, а не для того, чтобы люди жили прилично, тогда, конечно, он может этим гордиться, что он публично и делает.

Но я напомню, что госпожа Набиуллина, человек, которого в социальной ориентированности нельзя обвинить, она явно и четко зафиксировала, что курс Банка России на снижение инфляции подразумевает обеднение населения. У нас низкая инфляция не потому, что экономика развивается, не потому, что есть конкуренция, не потому, что выгоднее производить дешевые товары и продавать больше. У нас низкая инфляция, потому что люди очень бедны. Как плачутся все ритейлеры, очень низкий средний чек. Мы с вами бедны, мы с вами плохо потребляем, мы с вами экономим на еде, а в конечном счете мы экономим на здоровье. Потому что то, что продается в наших магазинах по низким ценам, далеко не всегда можно кушать, на мой взгляд. Вот гордость этим со стороны председателя правительства меня лично шокирует.

При этом нужно зафиксировать, что с точки зрения экономической теории его высказывание звучит еще веселее. С точки зрения экономической теории инфляция – это не рост цен, это обесценивание национальной валюты на внутреннем рынке. И она бывает либо за счет роста цен, либо за счет дефицита, если цены фиксируются или растут слишком медленно. И получается дивная вещь. Что рост цен, если у нас есть инфляция в форме дефицита, он отнюдь не неизбежен. Но председатель правительства, может быть, это знает, но внимания на это не обращает. Вот что делать с таким чудесным правительством?

Причем журналисты, к которым я отношусь довольно критично, они очень правильные вопросы задают. Вот спрашивают товарища Медведева: будут ли в новом бюджете снижаться расходы на социальную сферу? Господин Медведев радостно рапортует: бюджет здравоохранения растет, это не только федеральные, но и региональные расходы, и т.д. Но спрашивают его про новый федеральный бюджет и про расходы на социальную сферу. Расходы на социальную сферу – это не только здравоохранение. На здравоохранение в 16-м году потрачено 3,3 трлн., в 17-м тоже будет 3,3, в 18-м и в 19-м – 3,4. Но в социальной сфере помимо социальной помощи есть, например, еще расходы на образование. Мы все хотим, чтобы наших детей учили чему-нибудь, чтобы у них в жизни были шансы. Расходы на образование у нас были максимальные в 2013 году – 3,9 трлн. рублей в год. После этого они падали. В 2016 году они немножко превысили 3 трлн. рублей. В 2017 году они будут сокращены до 3 трлн. рублей. Так что далеко не все социальные расходы у нас растут.

Кроме того, в социальных расходах у нас фиксируются, заносятся туда еще и расходы на дефицит Пенсионного фонда. И вот эти расходы растут стремительно. У нас кризис пенсионной системы нарастает, а выглядит это как увеличение расходов на социальные нужды. И это некоторые люди, кто трактует, кто замалчивает, но внешне это иногда преподносится как забота о людях, а по сути дела, организация глубочайшего, жесточайшего пенсионного кризиса.

Вот вы пишете про здравоохранение: «Народ забыл унижения доставания продуктов, но узнал унижения платной медицины и царства врачей, к которым на трах-тарарах-козе не подъехать. Народ узнал унижение от этих врачей, лечащих те болячки, которые обеспечили те самые продукты, которые заполонили полки в эпоху Ельцина».

Самое страшное, что случилось, это то, что нас искусственно стравливают с врачами. Я понимаю злобу и ненависть пациента, который приходит к врачу, который просто не обращает на него внимания, а иногда не знает вообще ничего. Нападения на врачей – результат вот этой злобы и ненависти. Но врач поставлен реформой здравоохранения в такие условия, что он не может нас лечить. Он писарчук. Система обучения врачей была разрушена полностью, только в последние пару лет начались подвижки, когда отдали под суд некоторых ректоров за вымогательство взяток. Вряд ли они сядут, их, скорее всего, отпустят, чтобы никого не пугать. У нас очень лояльно относятся государство и закон к коррупционерам. По крайней мере, их заменили, и может быть, через некоторое время мы получим хоть что-то знающих врачей. Но сегодня даже самый умный, самый профессиональный врач поставлен в такие условия, когда он не может (за редким исключением) нас с вами лечить.

Я понимаю и гнев врачей по этому поводу, которые говорят: приходят люди абсолютно некультурные, дурно себя ведущие, агрессивные. Но я понимаю и людей, которые приходят к врачу и видят, что над ними просто издеваются. Не потому что врач плохой, а потому что либеральная реформа здравоохранения ориентирована на то, чтобы нас не лечили, а над нами издевались. Господин Медведев говорит, что финансирование увеличено, вроде бы все в порядке, можно радоваться жизни. Проблема в том, что увеличение финансирования – это не столько увеличение самого процесса лечения. Это увеличение, во-первых, чудовищного бизнеса, который накрутился вокруг системы здравоохранения, как и вокруг всех остальных систем. Но еще страшная вещь – это Фонд обязательного медицинского страхования. Он не делает ничего, чего не может сделать Министерство здравоохранения. По сути дела, это искусственный нарост в системе нашего здравоохранения, который, по некоторым оценкам, тратит на свои внутренние административные расходы более 20% всех средств, выделяемых на здравоохранение, и тех, которые мы платим в виде обязательных социальных взносов тоже. Причем люди пытаются оправдать свое существование. Они не просто контролируют деятельность врачей (это необходимое дело, хотя, если судить по качеству лечения, делают они это крайне плохо), они еще создают бессмысленные отчетности, которые не дают врачам нас лечить. Я бывал в больницах, в том числе и благополучных, перед проверкой из ФОМСа. Знаете, если бы туда приехал Путин, паника была бы меньше, страх был бы меньше. И когда я спрашивал, в чем содержательная сторона проверки, вопрос был не в том, как лечат людей, какая оборачиваемость коек, не в том, кто умирает, кто выздоравливает, с какой скоростью выздоравливает. Вопрос был не в качестве вылечивания нас с вами. Вопрос был в том, что нужно подготовить безумное количество бессмысленных бумажек и правильно их презентовать. Это административное извращение над нами всеми. Это административное извращение над страной. Господину Медведеву дали прекрасный шанс хотя бы сказать об этом, хотя бы показать, что он, даже если не знает, но он что-то слышал о том, как в реальности живет страна, в которой он возглавляет правительство. Он этого не сделал.

Вы знаете, я гражданин Российской Федерации, у меня нет другого места в мире. Когда я читаю такие вещи, мне становится очень стыдно, мне становится очень неловко, потому что помимо того, что эти люди управляют нами, помимо того, что эти люди, исходя из этого уровня грамотности, вообще понимания процессов, определяют наше с вами будущее… Человек правда думает, что антикризисные меры были приняты грамотно. Он правда думает, что переход от экономического спада в 0,7%, которые в этом году, к экономическому росту 0,7%, который может быть, если сильно повезет, в следующем году, он правда думает, что это кто-то ощутит. Или он над нами цинично глумится. Я не думаю, что это так, не думаю, что это настолько жестко. Здесь уже не вопросы возникают, здесь возникают ответы. Причины того, что мы не развиваемся. Причины того, что у нас развитие возможно партизанскими способами. Причины того, что в отдельных точках, где министерствам и ведомствам удается выкрутить руки и прожать их, там начинаются хорошие процессы.

Вот товарищ Медведев опять высказался. Я целиком поддерживаю, что 1,5% это недопустимо мало. Нам не так давно рассказывали, что низкие темпы роста – это некая новая норма, и высокий темп роста нам не нужен, потому что в развитых странах они тоже низкие. Это напоминало заявление некоторых либеральных демографов о том, что то, что Россия вымирает, это хорошо, потому что развитые страны тоже вымирают. Мы, таким образом, приближаемся к европейской цивилизации. Кроме шуток, так и говорили.

Я напомню, что он ничего содержательного не сказал о том, как его правительство намерено повышать темпы экономического роста. Более того, если посмотреть на прогноз его собственных действий, то оно и не предполагает повышать темпы экономического роста. Но он говорит, что мы предпринимали меры для изменения структуры экономики. Не только ничего конкретного не сказал, хотя есть, что сказать. Его правительство субсидировало покупку российской сельхозтехники аграриями. Там довольно сложный механизм, но смысл в этом. За счет этого произошел резкий скачок роста сельхозмашиностроения, и, между прочим, это здорово способствовало росту сельхозпроизводства в целом. То есть было чем похвастаться, есть чем похвастаться. И он действительно может сказать с полным основанием, с чувством гордости: я это сделал, потому что там моя подпись стоит на постановлении правительства. И за это ему нужно сказать спасибо. Но он этого не сказал. Возникает вопрос. Он такой скромный или он этого просто не знает? Потому что когда он говорит об изменениях структуры экономики, которые предпринимали давно, и вот два года назад мы стали их предпринимать еще и под воздействием внешних изменений… В переводе на русский язык мы эти усилия предпринимали, и они ни к чему не вели. Вот человек воспринимает реальность так. Человек разговаривает так. Если бы так со мной говорил любой человек из моего окружения, я бы счел, что человек издевается. Но когда говорит премьер-министр, положено относиться к этому с уважением.

Давайте примем звонок. Слушаем вас, Рамазан.

- То, что наш премьер-министр Дмитрий Анатольевич Медведев по комическим высказываниям скоро превзойдет известного комика Жириновского, это понятно. У меня вопрос. Как в нашем неправовом государстве, с моей точки зрения, можно отменить грабительский закон на так называемый капремонт?

Делягин:

- Я скажу честно, я не знаю. Я вступил в партию «Справедливая Россия» и пошел на осенние выборы в том числе для того, чтобы участвовать в отмене этого закона. Потому что эта партия «Справедливая Россия», к которой я сегодня принадлежу, одно из фундаментальных требований – требование отмены этого бессмысленного, безумного сбора. Можно обсуждать, что должно делать государство, что должны оплачивать мы, но понятно, что граждане России не в состоянии сегодня оплачивать капремонт. Потому что правительством ради снижения инфляции граждане искусственно удерживаются в бедности, а то и в нищете. И во-вторых, потому что этот сбор носит фиктивный характер. Если в таких схожих городах, как Москва и Питер, ставка капремонта различается в 7,5 раз, то, извините, эти деньги собирают не для капремонта, а для чего-то еще. Потому что иначе это бы контролировалось.

Давайте еще звонок примем. Здравствуйте, Александр.

- Мне интересен такой вопрос. Наша Дума принимает бюджет на 16 трлн. рублей на следующий год. Но, как объявили, страна может заработать только 13. Получается, что 3 триллиона мы должны как бы напечатать. Это примерно 20% бюджета. Но Медведев сказал, что у нас инфляция будет не больше, чем в этом году, где-то 5%. Как они смогут удержать инфляцию в районе 5%, если напечатают 3 триллиона?

Делягин:

- Во-первых, не обязательно печатать деньги, чтобы покрывать дефицит бюджета. Можно взять взаймы. Можно вытащить из собственного кармана. Я напоминаю, сейчас бюджетные резервы 7,6 трлн. рублей. От приватизации получили еще триллион, грубо говоря. Так что деньги есть, не обязательно печатать, можно вынуть эти деньги из собственного кармана. Более того, бюджетный дефицит связан с инфляцией не прямо, как нам пытаются объяснить либеральные недоучки, а достаточно сложным образом. Есть много стран, в том числе развитых и удачных, типа Соединенных Штатов Америки, где бюджетный дефицит очень большой, но это не ведет к разгону инфляции. Это вопрос мастерства государственной политики. Понятно, что когда государственную политику осуществляет человек, на меня лично производящий впечатление мистера Бина отечественной сборки, ждать от него мастерства не стоит. Но вот такой линейной зависимости не существует.

Разумеется, это не означает, что у нас в следующем году действительно будет инфляция 5%. Конечно, она будет выше. Просто потому, что у нас экономика раздавлена буквально искусственно организованным денежным голодом. Есть места, которые развиваются очень хорошо, но в целом экономика этим искусственным денежным голодом раздавлена. Для того чтобы ее поддержать, чтобы ее сохранить, придется идти на девальвацию. Я ждал, что эта девальвация будет уже в конце этого года, но повышение цены на нефть, общий оптимизм, действительно низкий дефицит бюджета в октябре месяце и многие другие локальные успехи, они эту девальвацию, судя по всему, переносят на следующий год, скорее всего, на середину года, может быть, даже на осень. Но инфляция будет выше, безусловно.

С другой стороны, дефицита в 3 триллиона, на мой взгляд, быть не может, потому что в бюджет заложена заниженная инфляция. Когда реальная инфляция будет выше, у нас будут инфляционные доходы бюджета, дефицит станет меньше. В бюджет заложена цена нефти 40 долларов за баррель. Она точно будет выше 50. Это тоже сверхдоходы. Так что реальный бюджет будет сильно ниже.

Давайте еще звонок примем. Слушаем вас, Александр.

- Михаил, в вашем суждении долю правды я вижу, но в целом, по моему личному мнению, вы занимаетесь раскачиванием лодки.

Делягин:

- Вашу крысу тошнит, я понимаю. А содержательно что не так?

Александр:

- Суть в чем? Владимир Владимирович уже несколько лет говорит о том, что легко не будет. Я как предприниматель это прекрасно чувствую.

Делягин:

- По-моему, я вам ровно это и рассказываю, что легко не будет.

Александр:

- Премьер-министра, который был бы лучше, чем Дмитрий Анатольевич Медведев, я, честно говоря, сейчас не знаю.

Делягин:

- Это уже другое дело. Я могу назвать только из людей, которые находятся на первом уровне, госпожу Матвиенко (чтобы никого не подставлять из людей, которые сейчас на уровне министра и замминистра). Я могу назвать господина Собянина. Я очень критично к нему отношусь на должности московского мэра, мне многое не нравится из того, что он сделал в Москве. Но это хороший руководитель, это грамотный хозяйственник, он цепкий, он много хорошего сделал в Москве и много хорошего сделал в Тюмени. И довольно неплохо он действовал в администрации президента. И если вы посмотрите хотя бы высказывания этих людей и сравните грамотность этих высказываний с грамотностью высказываний Дмитрия Анатольевича, я думаю, вы сможете сделать из этого некоторые выводы.

А насчет того, что я раскачиваю лодку, цитируя высказывания председателя правительства РФ… Знаете, ничего страшнее в адрес этого председателя правительства я за свою жизнь не слышал, хотя критиковал его достаточно жестко и достаточно сильно.

Вы здесь пишете мне: «Пора валить, или, если денег нет, здесь просто удавиться. Выхода не видно».

Вы меня извините за резкость. Вы живете в одних из самых комфортных условий. Не могу сказать за всю историю нашей страны, но моя семья помнит 140 лет примерно. Вот за это время мы с вами живем в одних из самых комфортных условиях. Не только потому, что мы не умираем в 38 лет, мы живем долго. Не только потому, что у нас есть центральное отопление и другие приятные мелочи жизни вместе с интернетом, но у нас есть огромное количество возможностей. Вот в этом либералы правы. У страны в целом плохо, у отдельного человека есть большое количество возможностей, которые нужно искать. А удавиться или сделать то же самое в социальном отношении (валить) – это, извините меня, трусость. Можно валить, если здесь есть реальная угроза для вашей жизни и для вашей свободы. Все остальное, с моей точки зрения, это абсолютно непростительная трусость. Я много видел очень благополучных наших эмигрантов, у которых все хорошо – уехали далеко, чувствуют себя замечательно, живут в цивилизованной стране, как они говорят, более социально защищены, чем мы. Еще есть одна возможность. Если вы занимаетесь какими-то высокими технологиями, и в России у вас пока нет возможности ими заниматься, а на Западе инфраструктура стартапов есть. Или если учиться. Поскольку у нас уничтожена система образования, за редким исключением. Это оправдано, это можно. Ехать за лучшей жизнью? Знаете, очень много моих знакомых купили билет на «Титаник», в разные места, и «Титаники» были разные, включая США, включая некоторые европейские страны. Самый яркий пример. В 2005-2006 годах много москвичей уехало в свободный Киев. Из всех моих знакомых там остались только трое, которые сошли с ума. И их даже не жалко. Здесь, в России, мы имеем возможность менять правила игры. Пока руки приделаны к голове, эту возможность надо пытаться использовать. В других местах мы не сможем себя реализовать в социальном плане. Это мое субъективное мнение. Я еще раз извинюсь, если я резок, но это часто так спрашивают.

Мы обязательно вернемся к Дмитрию Анатольевичу. Но вот пишет радиослушательница: «Недавно была у терапевта. Грамотная, толковая врач. Так при мне ей позвонила заведующая, обругала ее за то, что она пациентам дает направления на исследования в профильные медицинские учреждения. Каково же было мое удивление, когда врач мне пожаловалась, что сверху спущено указание нашим терапевтам лечить нас внутри поликлиники, назначать новые препараты, то есть фактически затягивать лечение до хронической формы заболевания, а уж потом направлять куда-либо, если пациент не уйдет в другое место или не помрет. А врач, видите ли, нарушает эту схему и сразу направляет пациентов по адресу и потому виноват. Как это называется? Поэтому и врачам нашим, и самим пациентам при таком подходе ой, как сложно». И это Москва, это не какой-нибудь райцентр, до которого не доедешь. Сложно не согласиться с автором, что это напоминает геноцид народа и развал медицины. Это последовательная политика. Высказывания министра здравоохранения на эту тему позволяют судить, что это политика последовательная.

Возвращаясь к Дмитрию Анатольевичу. Тут он был процитирован несколько раз. С меня сняли этот тяжкий груз и опасный, как выяснилось, груз. Меня просто шокировало заявление нашего радиослушателя. А с другой стороны, он прав. Прямое цитирование председателя правительства – это раскачивание лодки, это правда. Только это не я раскачиваю. Я просто обращаю внимание на то, в каком состоянии находится нынешний социально-экономический блок правительства и само правительство.

Он говорит, что полностью выполнены все социальные обязательства. То есть отказ от полной индексации пенсий – это у нас полное выполнение социальных обязательств. То есть индексация пенсий в меру инфляции, заниженной в два раза относительно реальной, это у нас выполнение социальных обязательств. Замечательно.

Возвращаясь к приватизации. У нас сейчас 1% населения, 1% семей владеет 71% личных активов страны. То есть из всего, что принадлежит у нас семьям, 71% принадлежит 1% семей. И это результат в первую очередь приватизации. Я не являюсь сторонником красногвардейской атаки на капитал. Потому что насильственный передел собственности, пусть даже в сторону справедливости, дезорганизует экономику. Но в аналогичной ситуации правительство Великобритании после Тэтчер приняло вполне грамотное, вполне рациональное решение о так называемом компенсационном налоге. Что разницу между тем, что приватизатор заплатил за имущество, и тем, что это имущество в момент приватизации стоило на самом деле, он должен отдать. Понятно, что в нашей сегодняшней ситуации вытаскивание из бизнеса денег дезорганизует бизнес – в мире кризис. В этом отношении товарищ Медведев прав. Но можно же взять натурой, можно взять пакетами акций. И никаких проблем здесь нет. И это будет правильно, это будет эффективно. Потому что справедливость эффективна всегда. А ситуация, когда у нас неравенство минимум в два раза больше, чем в США, это неэффективно, несправедливо, это смертельно опасно.

Давайте примем звонок. Тамир, слушаем вас.

- Михаил Геннадьевич, вы совершенно правы насчет того, что, с одной стороны, трагизм положения, а с другой стороны, те возможности, которые открываются в этих трагических условиях. Тут невольно вспоминаешь, как говорил Немирович-Данченко, что продавать нужно в Америке, отдыхать в Европе, но творить нужно только в России. Я после некоторых пребываний в очень непростых условиях увидел возможности для такого социально направленного предпринимательства для себя. Сам я занимался геофизикой, именно инновационной, и видел, в частности, в корпоративной деятельности трагизм этих работ. Поэтому сейчас занимаюсь этим делом, продолжаю в области образования.

Делягин:

- Это очень хорошо, это вселяет некоторый оптимизм, что такое есть. Но тут пишет другой коллега. 12 декабря в редакцию местного информационного агентства обратилась группа фельдшеров станции скорой медицинской помощи Саратова. Саратов – это крупный, богатый, цивилизованный город. «Начиная с ноября, зарплата фельдшеров «скорой помощи» была сокращена без вразумительных ответов. Один из них говорит: «Я работаю фельдшером, с ноябре этого года у нас произошло резкое снижение зарплаты, причем мы не можем понять почему. Обращались к руководству и в бухгалтерию, а нам отказываются комментировать данное снижение». В октябре этого года за отработанные 173 часа у меня была зарплата 20,5 тысяч рублей, а в ноябре этого же года за отработанные 230 часов, то есть на треть больше, я получил около 17 тысяч рублей».

Я уж не говорю про уровень оплаты такой адской работы, которой является работа на «скорой помощи», но людям даже не объясняют причины этого, им некому жаловаться. Это ужасная ситуация с защитой трудовых прав, причем прав тех, от кого наша с вами жизнь зависит непосредственно, даже если мы живем не в Саратове. В результате квалифицированные люди убегают, остаются совсем фанатики или те, кто по каким-то причинам там должен оказаться.

Я могу предположить, у нас искусственно в рамках снижения инфляции по всей стране устроен денежный голос. В частности, он аукается в жутком кризисе региональных бюджетов. Может быть, это как-то связано с этим, хотя «скорая помощь», вроде бы ее финансирование должно было быть возвращено в федеральный бюджет. Саратов богатый город не потому, в каком состоянии он находится и не какие там дороги. Он является потенциально богатым. Потому что относительно успешный регион, они зарабатывают деньги. То, что все налоги высасываются в Москву, а то и в офшоры, это правда. Дороги там ужасные, набережная там в критическом состоянии, и за это я даже региональные власти не могу ругать, потому что там все достаточно скверно. Но потенциально город богатый. У нас очень богатая страна потенциально.

Возвращаясь к тому, что говорил Дмитрий Анатольевич Медведев. Потрясающую фразу он сказал. Он очень сильно жаловался на то, как нас оскорбляют в части спорта: «Аморально решение о недопущении паралимпийцев. Это просто за гранью добра и зла. Детский лепет аргументов федерации бобслея и скелетона, которая лишила нас права проведения чемпионата мира за несколько месяцев». Но никаких дел, никакой юридической защиты национальных интересов РФ нет. И вот это непонятно. Что за жалобы, что за детский плач? Почему председатель правительства не защищает интересы России, не организует подачу уголовных дел в наши суды и международные суды?

Возвращаемся опять к высказываниям Дмитрия Анатольевича. Чудесная фраза о том, что мы в стрессовых условиях не изменили налоговый режим, потому что любое изменение налоговой системы в условиях стресса сильно и болезненно бьет по экономике. Я воздержусь от комментариев, что я по поводу этого высказывания думаю. Просто напомню, что есть универсальное правило, которое работает всегда, везде, при любых условиях. Когда у нас экономический рост и все в порядке, налоги можно повышать, потому что и так люди зарабатывают больше, с них можно чуть-чуть взять больше, чем обычно, и направить на нужды общества. А вот когда у нас кризис, выражаясь словами Медведева, стресс, налоги нужно снижать, чтобы бизнес, который не спекулирует, а работает, мог больше оставлять себе и имел больший запас прочности. Чтобы люди не теряли работу из-за уничтожения бизнеса. Дмитрий Анатольевич Медведев то ли делает вид, то ли вправду этого не знает. Он думает, что любое изменение налоговой системы – это стресс для страны. Это не так. Изменение налоговой системы – это всегда стресс только для одной категории граждан, для бухгалтеров. Для остальных это зависит от того, в какую сторону меняется налоговая система. Президент Путин был совершенно прав, что в кризис, даже если денег не хватает, нельзя усиливать налоговое бремя экономики. Американцы в кризис снизили налоги до такой степени, что у них дефицит бюджета был почти как у Гайдара в 92-м году в процентах к ВВП. И за счет этого они сохранили Америку великой. Вероятно, у Дмитрия Анатольевича какие-то другие задачи стоят.

Теперь чем он гордится конкретно. Он гордится тем, что сохранил так называемую плоскую шкалу НДФЛ в 13%. Так вот, мы с вами действительно платим подоходный налог все одинаково, кто работает, в 13%. Но перед тем как мы его заплатим, с нашего фонда оплаты труда взимается еще 30% обязательных социальных взносов. А вот если мы относительно обеспеченные, по-моему, больше 67 с небольшим тысяч рублей в месяц, вот с большего взимается уже только 10%.

Что получается? Получается ситуация, что под прикрытием плоской шкалы подоходного налога у нас существует регрессивная шкала обложения оплаты труда. Чем вы беднее, тем больше вы должны государству, тем больше вы отдаете налогов правительству. А общая налоговая нагрузка на оплату труда для большинства граждан России более 39%. Для верхней части среднего класса – 27%. Таких немного. Большинство людей получают зарплату около 20 тысяч рублей. Это не среднее арифметическое, когда мы Абрамовича складываем с уборщицей, а это средняя медианная, которую получает большинство людей. То есть начинается снижение обязательных социальных взносов, если ваша оплата труда втрое выше средней медианной. А если у вас есть налоговый консультант, он объяснит вам, что вам нужно создать индивидуальное предприятие и платить 6%. Чувствуете разницу? Почти 40% (39,2) и 6%. Это ситуация катастрофическая еще и потому, что у нас налоги собираются со всех, даже если человек имеет доходы ниже прожиточного минимума. Представьте себе, кто-то из вас находится в ситуации, когда заработная плата ниже прожиточного минимума. У нас таких 18,8 млн. человек в стране. Люди, которые официально не живут, а медленно умирают. И никого это не волнует, никто не кричит про Освенцим, где сожгли миллион человек, быстро убили, осознанно. А у нас медленно умирают от голода, если верить официальной статистике, 18,8 млн. человек.

Нужно еще учесть, что у нас реальный прожиточный минимум занижен. Нужно еще учесть, что у нас инфляция тоже занижается. В результате у нас чудовищная ситуация, из-за которой десятки миллионов людей вынуждены работать в тени, потому что они не могут платить государству. По разным оценкам, от 17 до 30 миллионов человек у нас работают в тени, то есть являются, с моей точки зрения, вынужденными, но все-таки преступниками с формальной юридической точки зрения. С точки зрения господина Медведева все в порядке.

Давайте примем звонок. Валентин, слушаем вас.

- Невооруженным взглядом видно, что данный блок правительства просто не годится. Мало того, еще выглядывает такое лицо диверсанта, можно так даже сказать. Не получится ли так, что, доведя до катастрофы внутри экономики нашего государства, быстренько прыгнули и самолеты и улетели всем экономическим блоком во главе с Набиуллиной за рубеж? Наступает время создать инициативную группу в стране из активных граждан, авторитетных граждан, которые могли бы в нужный момент пресечь, остановить вот это…

Делягин:

- Я понял вопрос. Если инициативные группы будут пресекать свободное перемещение граждан РФ, пусть даже членов правительства Медведева, по территории РФ, пусть даже в аэропорт, это будет уголовное преступление. Эта инициативная группа на стадии формирования пойдет под суд. Так что я бы вам официально заниматься этим категорически не советовал. Кроме того, у нас в целом есть много других людей, скажем, в Банке России, который вы не упомянули. Но самое главное, проблема не в том, как мстить и наказывать за преступления, а в том, чтобы преступления не было. Вопрос не в том, как мстить людям или наказывать людей, которые, злоупотребляя, на мой взгляд, своими полномочиями или относясь к ним с преступной халатностью, могут довести страну до катастрофы, а как сделать так, чтобы они нас с вами до этой самой катастрофы не довели.

Возвращаясь к налоговой ситуации. У нас построен налоговый рай для миллиардеров и налоговый ад для всех остальных. Плоская шкала, которой так гордится Дмитрий Анатольевич и другие либеральные реформаторы, она существует в России и, по-моему, только в Боливии. Были эксперименты в Эстонии и Словении, по-моему, от них отказались. В мире прогрессивная шкала, потому что чем человек богаче, тем он больше влияет на общество, тем выше его ответственность, тем большую ответственность он должен нести, в том числе в налоговой сфере. И тем проще с ним бороться за неуплату.

Давайте еще примем звонок. Денис, слушаем вас.

- Михаил, вы всё правильно говорите. Вы не хотели бы от слов переходить к делу? Естественно, не в правительство Медведева вы пойдете, но реально министром экономики потом стать или сейчас пойти в органы власти.

Делягин:

- Во времена моего детства была чудесная поговорка: я б в профессоры пошел, пусть меня научат. Во-первых, в нашем государственном аппарате есть много людей, не столь критично относящихся к Медведеву и другим деятелям, которые могут стать министрами экономики, правильными, квалифицированными, прямо сейчас. Но есть общая канва. Если человек пытается что-то развивать, в рамках сегодняшнего правительства и Банка России у него что-то может получаться только в виде отдельных случаев, только, грубо говоря, партизанскими методами. Проблема не в том, что я сейчас встану и скажу: возьмите меня, пожалуйста, в министры экономики. Все вместе посмеемся над этой замечательной идеей. Проблема в том, что человек, который сегодня становится министром экономики, он не имеет возможности даже теоретически организовывать экономическое развитие. Подчеркиваю, даже теоретически. Потому что ценностная система либерального клана не предусматривает возможности развития Российской Федерации. В этом вся беда.

Вот вы тут пишете: «7500 рублей – сторож в Саратове. Хоть сдохни, никто не почешется». А почтальоны мне жаловались, что получают 6200, даже без каких бы то ни было прибавок. А у почтальона тяжелая работа, потому что ходить надо, с разными людьми приходится сталкиваться, когда письма разносишь. Честно говоря, по их мнению, вся их прибавка и премии ушли на зарплату генеральному директору Почты России. Может быть, это не так. Но когда этот генеральный директор получает несколько десятков миллионов, а почтальон получает 6 с лишним тысяч, невольно вспоминается, что через две недели наступит 2017 год, а до 1917 года довела ровно такая же социальная политика правительства.

Давайте еще звонок примем. Вячеслав, слушаем вас.

- Сегодня услышал по радио, по данным ВЦИОМ, рейтинг президента 80 с лишним, чуть ли не зашкаливает, премьера - тоже далеко за 50 зашкаливает. У меня мысль мелькнула. Наверное, опросы проводили среди депутатов Госдумы.

Делягин:

- Да, я сегодня прочитал анекдот в «КП». Что 81% россиян на вопрос социологов ответили, что они счастливы, и зарыдали. Но здесь рейтинг вызван другим. Это, по сути дела, вопрос об отношении к государству. После того как мы в Крыму увидели, как наше государство первый раз за 30 лет национального предательства сделало что-то, направленное на защиту людей, на исполнение своих обязанностей перед народов, причем без внешнего принуждения… В 2008 году, когда Саакашвили начал убивать наших миротворцев и пытался устроить геноцид в Южной Осетии, мы были вынуждены дать отпор. Но Крым мы могли отдать и нацистам украинским, могли превратить его в анклав типа Абхазии. Но наше государство сделало правильную вещь первый раз на памяти огромного количества россиян. Поэтому у людей, которые ассоциируются с этим правильным действием, рейтинг очень большой. Я проводил опрос, задавал людям цинично два вопроса. Первый вопрос: вы поддерживаете президента Путина? Ответ был – от 80 до 90%. Второй вопрос: а вы поддерживаете социально-экономическую политику президента Путина? 18% сказали, что президент не имеет никакого отношения к социально-экономической политике правительства и Банка России. Но с учетом этих 18 78% сказали: нет, мы против. Это просто вопрос, как правильно спросить и о чем. Поэтому давайте мы еще спросим людей. Потому что с начала кризиса цены на продукты выросли на четверть. Давайте послушаем, как москвичи ощутили подорожание продуктов, и что москвичи по этому поводу думают, жители одного из самых богатых городов РФ.

- Да, я почувствовал на себе кризис и подорожание цен. Цены в магазинах совсем неподъемные. Взлет цен на продукты радовать не может, потому что мы все видим, как подскочили цены на какие-то базовые продукты. Конечно, это радовать не может.

- С начала кризиса цены на продукты подорожали. Я это вижу потому, что у меня вырос средний чек в «Ашане» и в «Магните». Что подорожало сильнее всего? Мне кажется, молочные продукты и мясо. Я пока еще не начала экономить, но в перспективе не исключаю такую возможность.

- Я, конечно, почувствовал повышение цен, наверное, больше даже, чем на 25%. Все продукты подорожали одинаково, и не было такого, что какой-то отдельный сильно подскочил. Экономить буду на каких-то продуктах, которые я покупал для того, чтобы устроить небольшой праздник. Попроще продукты, подешевле.

Делягин:

- Когда продукты попроще и подешевле, пожалуйста, внимательно смотрите, из чего они сделаны. Потому что очень многие товары, которые дешевые и сверхдешевые, они для жизни вредны. Старайтесь придерживаться здорового питания, здорового образа жизни, особенно в свете того, что мы тут обсудили по поводу здравоохранения. Но меня радует фраза «я пока еще не начала экономить». Действительно, подтверждаются слова, что Москва очень благополучное место.

В целом товарищ Медведев проявил оптимизм, рассказал нам много хороших вещей. И он сказал замечательную фразу, которую я целиком поддерживаю. Что в ухудшении отношений России с США виноваты все-таки Соединенные Штаты. Мы понимаем, это общеизвестно, но когда официальное лицо говорит общеизвестную вещь официально и открыто, то это хорошо. Но в связи с этим меня гложет такой вопрос. Вот сейчас на нас продолжают плевать, в отношении нас продолжаются провокации. Сейчас саммит Евросоюза продлит санкции, дай бог, чтобы не усилил. А мы стоим и вытираемся. Как тут один коллега написал: а при чем тут кризис, нам и так всегда плохо. Вот в этот кризис хуже, чем в прошлые разы, и будет тоже достаточно плохо. Напомню, что в прошлом году уровень потребления 90% граждан России в целом сократился на четверть. Если уметь работать с официальной статистикой, то это очень видно и очень понятно. Если мы хотим уметь себя защищать, то помимо обращений в суды за защитой своих интересов (и в российские, и в международные), нужно усиливать то, что называется контрсанкциями. То, что Медведев сделал с продовольственными контрсанкциями, это как молотком ударить по своему пальцу, а не по чужому. Но Европа от нас зависит очень сильно, от нашего рынка, в части автомобилей и в части алкоголя. Простейшая вещь, самая очевидная, что страны, которые ввели против нас санкции, - никакого алкоголя, никаких готовых автомобилей. Машины комплектами – пожалуйста. Но «Фольксваген» в Калуге должен работать более ритмично, чем «Фольксваген» в Вольфсбурге, а не наоборот, как это имеет место быть, на мой взгляд, сейчас. Я приношу извинения, если я ошибаюсь.

Здесь огромная поляна. Помимо этих санкций ответных, которые прочистят мозги Западу и заставят его в кратчайшие сроки отменить санкции, потому что сейчас над ним не капает, они будут глумиться и издеваться дальше. Еще чемпионат мира по футболу в 18-м году у нас отнимут. Дело не в том, что этот чемпионат мира по футболу является самостоятельной ценностью. Это унижение, это плевок в лицо. Знаете, плевок в лицо ущерба здоровью не наносит, но это унижение, это очень плохо. Я же не могу сказать, что плюнули в лицо, обтек и дальше пошел. Вот нам так плюют в лицо сейчас, в том числе из-за мягкой позиции господина премьер-министра. То, что должна была Россия ответить достаточно давно и что еще может ответить в части Крыма, это создать там информационный офшор или интеллектуальный офшор. Зафиксировать, что если Крым выведен Западом из всех ограничений международного права, то мы этим выводом пользуемся и никакие интеллектуальные права, никакие патенты, выданные на интеллектуальное право странам, которые ввели против нас санкции, в Крыму не действуют. Пожалуйста, вы можете заниматься пиратством, заниматься хакерством, вы можете ломать программы чужие, только зарегистрированные в Европе и в США. Можете распространять бесплатно по интернету фильмы, где ограниченные права и т.д., если вы зарегистрированы в Крыму и ведете там такую деятельность. Вот это будет удар нашим ненавистникам очень правильный, очень красивый. Они вывели Крым из международного права, и мы этим должны воспользоваться. Интеллектуальный офшор. С одной стороны, это сделает Крым в определенной степени интеллектуальным центром, каким он должен быть всегда, нашей Силиконовой долиной. Потому что это нам с вами сказки рассказывают, что интеллектуальное право существует для того, чтобы инженер мог получать хорошую зарплату и нормально трудиться. Это было давно. Сейчас интеллектуальное право за редким исключением, с моей точки зрения, является просто прикрытием злоупотребления монопольным положением.

Если мне не изменяет память, руководитель Microsoft в России как-то давал интервью, где на соседних страницах назвал себестоимость изготовления программы Microsoft и стоимость продажи в России. Разница была раз в 40. Понятно, что есть труд программистов и все остальное, но в основном сегодняшнее интеллектуальное право, которое защищает крупные корпорации, это просто злоупотребление монопольным положением. Нам Запад дает колоссальный подарок. Мы можем создать единственный в мире интеллектуальный офшор, который и Крым преобразит, и, между прочим, мировую экономику тоже сможет преобразить. Потому что в одном месте изменение произойдет, и дальше начнутся изменения по всему интеллектуальному праву. Интеллектуальное право использовать для блокирования технологического прогресса уже будет нельзя. Вот это возможность, которая у нас есть прямо сейчас. Вот это дает нам огромные стратегические перспективы. Но для этого, как вы мне здесь пишете и говорите, у нас должен быть другой премьер-министр, и у нас должен быть возрожден Советский Союз. Я только обращаю ваше внимание, что Советский Союз – не птица феникс, он сам собой не возродится. Он был создан чудовищным, колоссальным, неимоверным, тягчайшим трудом, страшными жертвами, страшным длительным напряжением воли не каких-то там большевистских лидеров, хотя и их тоже, а десятков миллионов людей. А если считать по миру, то сотен миллионов. Потому что не только мы помогали, но и нам помогали очень здорово самые разные, самые случайные, самые бескорыстные люди. Так что Советский Союз придется возрождать. Но Советский Союз, его смысл – это справедливость и свобода развития. И вот первым шагом к этому может стать создание интеллектуального оффшора в Крыму. Это будет очень красиво, потому что Западу нечем будет крыть. Я думаю, что как минимум это позволит избавиться от санкций и улучшить ситуацию у нас в экономике, ослабить кризис, а как максимум – преобразить мир.

использованы материалы: КП
Мнение редакции не всегда совпадает с мнением авторов опубликованных материалов.


Комментарии системы Cackle
Внимание! За оскорбления авторов и посетителей, обсуждение действий администрации сайта у нас БАН ВЕЧНЫЙ. Нецензурные высказывания запрещены! В комментариях работает автоматическая система антиспама, поэтому если ваш комментарий не появился, дублировать его не нужно, так как даже попадающие под спам комментарии позже модерируются вручную. Оставляем за собой право в удалении комментариев без объяснения причин. Всем добра.


Социальные комментарии Cackle
Новое на сайте
Читайте также
» » Делягин: У нас низкая инфляция не потому, что экономика развивается, а потому что люди очень бедны
Авторизация