вБлокнот
Авторизация

Андрей Морозов: Сникших волонтёров и стыда диванных войск псто. Немного о нашей работе

26-10-2018, 13:54 Морозов ( Мурз )
Андрей Морозов: Сникших волонтёров и стыда диванных войск псто. Немного о нашей работе

По наводке известного сепаратиста Изи Кацмана с большим интересом ознакомился со статьёй ополченца Святослава Голикова, написанной вокруг записи в телеграм-канале военкора Александра Сладкова - "Донбасс. Несколько ядовитых слов о войне". Святослав развил озвученную Александром тему о том, что в войсках не хватает буквально всего и вся, тылы не обеспечивают этим "всем", часто в том числе и потому, что некоторых предметов снабжения просто не предусмотрено, а большинство - неадекватны задачам. А волонтерское движение, которое могло бы это восполнить, по нашу сторону фронта "сникло". Позволю себе пространную цитату из:

На данный же момент нехватка ощущается буквально во всем, так что волонтерскую деятельность, которая может в определенной степени облегчить ситуацию, необходимо всемерно поощрять – так, как ее поощряют по ту сторону линии соприкосновения. Но в реальности мы имеем прямо противоположную ситуацию.

В самих республиках Донбасса тема проблем со снабжением в официальном информационном поле табуирована. Действующим военнослужащим запрещается публично озвучивать свои нужды и сниматься в сюжетах об оказании гуманитарной помощи.

При этом в республики сложно провезти адресную помощь для действующих подразделений, особенно если речь идет о предметах военного назначения. Люди, которые ухитряются это делать, работают по каналам, согласованным на основе определенных личных договоренностей.

Предполагается, что вся помощь должна поступать в распоряжение соответствующих республиканских структур и централизованно распределяться по их усмотрению. В результате такой централизации распределение всецело зависит от личной порядочности конкретных должностных лиц, при этом ведение независимого мониторинга не представляется возможным.

В то же время тема гуманитарной помощи народной милиции остается вне поля зрения федеральных СМИ. Целенаправленного освещения и популяризации работы российских и местных волонтеров нет, мощнейшие информационные ресурсы попросту не используются.

В итоге у ребят в окопах создается устойчивое впечатление, что «большой земле» нет до них никакого дела.

Необходимо четко осознавать, что проблемы корпусов народной милиции не являются секретом для оппонирующей стороны. Замалчиванием этих проблем мы не вводим противника в заблуждение, а обманываем сами себя. Ситуация даже не «стабильно сложная» – она неуклонно деградирует. Подход в стиле «у нас все хорошо, мы всем довольны» себя не оправдал.


Не знаю, кто там сник, я не вижу поводов к "сниканию", пока я могу что-то делать и вижу, что это приносит результаты. К трудностям, которые возникают с завозом из РФ тех или иных вещей для фронта, надо относиться с пониманием, пониманием их неизбежности при наличии границы между РФ и Республиками. Очень сложно, если вообще возможно, организовать полностью формализованный по какому-то набору протоколов "интерфейс взаимодействия" волонтёрских организаций с официальными госструктурами по обе стороны линии Изварино-Успенка. Всё, что я вынес для себя из общения меня, как представителя благотворительной организации, с госструктурами по этой теме, укладывается в формулу "Дружба с динозаврами - занятие только для упорных и терпеливых млекопитающих".

Да, госструктуры нервно относятся к идее бесконтрольно провозить через пограничные КПП "Газелями" броники-каски-рации, потому что хотят быть уверенными, что это не пойдёт в продажу, ибо тогда имеет место нарушение таможенного законодательства. Да, они хотят быть уверенными, что это попадёт именно в войска Новороссии, а не в схроны "спящих" боевых групп и агентуры СБУ. Но. У нас, у КЦПН получается договариваться и доставлять в войска те вещи, которые им так нужны - оптику, электронику, связь, снаряжение и различные спецсредства, ставить их на учёт.

Типовой пример организации такого учёта "снизу" я приводил.


Недавно опробовали и вариант "сверху". Надо было передать в донецкий отдельный танковый батальон "Дизель" танкистам британские радиостанции, работающие в частотах танков. Я договорился с соответствующей службой ДНРовского корпуса и согласовали форму учёта этой внештатки, по которой форме всегда можно провести сверку и выяснить, как там что в сохранности или нет.

Или, например, созваниваюсь со связистами "Республиканской гвардии", которая через Министерство обороны получала такие же станции. Связисты просили хотя бы одну "базу", помощнее простых носимых. Привёз. Ребята спрашивают - а можно нам координаты кого-то, кто тему ведёт в МО? Уточниться по документам на предыдущую партию. Даю телефон человека, у которого в папочке аккуратно подшиты все актики на передачу станций в подразделения. "Заодно и эту впишите в учёт".

В том же "Призраке" учёт был поставлен нынешним его командиром ещё в пору бытности его зампотылом того же "Призрака". Уже типовой алгоритм визита в Кировск выработался. Приезжаем к ним на ночь глядя (потому что по дороге ещё много кого надо навестить-порадовать), водитель идёт отсыпаться, а я до утра распаковываю всё на складе, раскладываю всё привезённое по категориям. Утром рано приходят складские и переписывают всё в акт. И тут же комбат вызывает начальников служб - получать и маркировать привезённое. Тот же ночник, привезённый в ночь на 7-е мая, отработал первые цели уже 8-9 числа.

Был период, когда все гуманитарные грузы, привозимые в "Призрак", фиксировались сразу, начиная с момента откидывания борта грузовика или открывания двери легковушки или "Газели". Марков, тогда ещё зампотыл, вставал с видеокамерой у машины и снимал каждую выносимую коробку, мешок, свёрток, общий план, маркировку крупным планом. Я так однажды с его помощью сумел восстановить маршрут методичек для танкистов, которые поехали не туда, когда надо было по причине нечётких устных указаний перевозчикам. С тех пор даже небольшие грузы помимо непосредственных маркировок имеют "сопровод", бумагу, где чётко описан груз и все адресаты.

Так что "непроходимость" официоза побороть нужно и возможно. Да, трудно. Но, простите, это часть нашей волонтёрской работы. РАБОТЫ. О том, что это именно работа, тяжёлая, нервная, неблагодарная, такая же примерно как у солдата, только без ежеминутного смертельного риска, и хочется сказать пару слов.



Я убеждён, что сокращение потока помощи происходит в основном по причине банального сокращения финансовых возможностей сочувствующих нашей борьбе людей. Ситуация в РФ, мягко говоря, не сахар. Кто-то прекратил ездить, хотя у него было желание и финансовые возможности помогать? Лично я таких не знаю. Не потому ли эти незнакомые мне люди прекратили ездить, что "волонтёрство" перестало быть увеселительной поездкой? Загрузился чем-нибудь, доехал, тебе все рады до усрачки, потому что ты раздаёшь халяву и не просишь никакого отчёта кроме фоток с ополчугами на фоне горы ништяков, ты бухаешь с ополчами и палишь вкуда-то из автоматов и гранатомётов, фоткаешься обвешанный оружием, снова бухаешь, вы вместе лазаете пьяными по полям... и через несколько дней, отдохнув таким образом, ты едешь обратно в Россию с новыми крутыми фотками и военными байками.

Но вот наступает 2018-й год. Да даже раньше возьмём, 2016-й уже вполне показателен был в плане изменений. Наступает вторая половина 2016-го и выясняется, что

а. на границе ты уже не можешь просто проехать в ту сторону с полной машиной хабара. Таможня смотрит, не везёшь ли ты "товарную партию". А если везёшь оптику, связь и прочее интересное, то будь любезен как-то с кем-то что-то согласовать. Нервы. Время.

б. бухать с тобой целыми днями никто просто не может, потому что СЛУЖБА. От службы происходят не только зарплата, БК и солярка, но и обязанности. :-(

в. "дать пострелять" тебе не дадут, потому что СЛУЖБА, НЕ ПОЛОЖЕНО :-(

г. на позиции тебя просто так не пустят, потому что ВНЕЗАПНО ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. Гражданский на позициях? ЧТОООООО? :-(

д. войск много, "волонтёрского снабжения" мало. Начинается "Почему только им возишь? Привези нам!" в геометрической прогрессии. Нервы.

е. подразделения жестко иерархически структурированы, а командование бывает очень разное. Привёз одним, начальство приказало отдать другим, потому что там нужнее, первые обиделись. Нервы.

ж. По итогам пунктов "д" и "е" начинаются интриги, рассказы о том, кто что зажал, кто что отнёс на базар, склоки, скандалы. Разруливай, выясняй, придумывай учёт и контроль. Нервы. Время.

Могу долго перечислять, какие ещё факторы за два года могли превратить "волонтёрство", которое могло быть праздником жизни и формой отдыха от рутины по месту жительства, в ещё одну нудную, нервную, рутинную работу. Что же до меня, то для меня это никогда отдыхом не было. Что записавшись воевать, что потом, таская грузы, я всегда понимал - я участвую в войне, это - работа. Нервная, трудная. Но зато повышает шансы на Победу. А Победа=Выживание. Может какие-то военкоры и волонтёры и наносят мощные удары себе по печени, приезжая на Донбасс и радостно бухая в обществе знакомых вояк, не знаю. Я вот скоро буду знатоком недорогих донецких чайно-кофейных заведений, где можно посидеть полчасика пообщаться, ну и передать человеку привезённые ништяки.

"А как жи нафронт? Как жи акопы и пиу-пиу?" В РАБОЧЕМ ПОРЯДКЕ, вот как. Если удаётся договориться посетить передовые позиции, то это делается не для того, чтобы ачивку поставить - "В акопах был, война видель!". Делается это для того, чтобы уяснить на месте необходимые направления работы. Например, конечный облик наших "длинных перископов" и узлов крепления для них (описаны тут и тут) сформировался не только по пожеланиям получивших экземпляры первых партий, но и по итогом личных разговоров и наблюдений на передовой.

Резюмируя - если кому-то кажется, что волонтёров мало, то это потому что волонтёрство перестало удовлетворять желание некоторых "потусить при войне", сама война изменила лицо. Волонтёрство - это работа, причём работа в условиях отнюдь не идеальных. Это постановка и решение нетривиальных технических и организационных задач. И значимую часть этих неидеальных условий создаёт отнюдь не командование, хотя и оно тоже. Вот об этом хочется погрустить вслух и по пунктам.

1. Человек, привозящий помощь, всегда будет зажат между "отдать бойцу" и "отдать командиру". Многие несознательные бойцы считают, что выданное им выдано лично им в собственность на вечные времена, так что можно, уходя из подразделения, забрать это с собой, а, уходя со службы вообще, взять и продать на барахолке. Ну и уж конечно, покидая "передок", ни в коем случае не оставят выданное тем, кто там остался. "Моё". Зеркальная ситуация с некоторыми командирами, которые держат под замком то, что должно быть на передке. Под самыми разными предлогами, в основном - "Вам это давать нельзя, сломаете!"

2. Пофигизм, халатное отношение к выданной технике, которая досталась даром. "У них там в Москве денег много, ещё привезут" и "Оно на меня не записано, я за это не отвечаю". Закрепить персонально - "Нафиг оно мне надо? Заберите, я за это отвечать не буду". Люди не хотят ответственности (и так хватает), не хотят учиться бережно обращаться с выдаваемой техникой и страшно расстраиваются, когда им предлагается финансово поучаствовать в её закупке. Хотя бы чуть-чуть, просто чтобы аппаратура была чуть-чуть своя и за ней следили, берегли. В то же время есть целый ряд подразделений, которые сами предлагают денег, чтобы им что-то купили и привезли с попутной машиной - "Купите нам вот это и вот это, денег отдадим". Таким людям обязательно помогаем и добавляем денег, если не на всё хватает. Эти люди будут ценить и беречь. Но таких мало.

3. Непонимание того, что именно надо. Простой пример - бойцы из одного подразделения попросили человека, который согласился им помочь, купить им квадрокоптер. "Какой?" - "Фантом". Люди такое видели, люди про такое слышали. И человеком покупается "Фантом" из единственного соображения что нужен "Фантом". Человек не миллионер и не специалист, купил то, на что денег хватило. В результате модель оказывается недостаточной по дальности и другим параметрам и подразделение полноценно его использовать не может. Человек обращается к нам - "Как можно помочь проапгрейдить квадрик?". Хорошо, пишу, пусть люди дадут наименования необходимых сменных элементов для апгрейда. А люди дать их не могут. Выясняется, что квадрик купили, а летать не купили - машину эксплуатируют люди, очень с трудом представляющие как это всё работает и не имеющие возможности сформулировать запрос на запчасти. Впрочем, это уже следующий пункт.

4. Некомпетентность в использовании. Вот пишет мне человек. Просит раций, банальных аналоговых "баофенгов". "У нас были, но испортились". Я интересуюсь - как испортились, почему, пробовали ли носить в ремонт, что там сказали? Человек связно ответить не может. Контрольный вопрос - "Какой диапазон используете для связи?". "Не могу здесь ответить, укропы сеть мониторят". То есть человека даже в инструкцию к станциям не заглядывал. UHF... VHF... Да нафиг нам это надо, нам рации нужны. Увы, но тут у нас ситуация "Мы сломали рации, дайте нам сломать ещё". Или другой пример. Работаем с подразделением. Прислали цифровые станции, выдали ноутбук под программирование, на котором на рабочем столе, накрытом "ROCROI, EL ÚLTIMO TERCIO", лежит подписанная КРУПНЫМИ БУКВАМИ видеоинструкция по программированию раций. Ребята выходят на меня в очередной мой приезд - "Кажется, нас слушают укропы!" Приезжаю. Вместо Рокруа на обоях голая баба. Ну ок, сиськи норм, не возбраняется. Смотрю сохранённые в программе настройки. Ну конечно вас будут слушать, шифрование-то не выставили. Открываю видеоинструкцию в районе 15-й минуты, включаю командиру. Просто, доходчиво объясняется, как включать шифрование. Что помешало вашему связисту досмотреть до 15-й минуты? Каждый гасконец с детства академик, а на порносайте обещали бабу с писькой поперёк показать, так что выбор времяпрепровождения очевиден. И зачем мы тратим в несколько раз больше народных денег на вашу связь, когда можно было раздать вам баофенги? По лицу командира понимаю, что связист подразделения надолго запомнит эти сиськи.

5. Отсутствие обратной связи. Приехал "Алекс", привёз всяких реально полезных стрелковых "наворотов", раздал вместе со своими координатами - пишите, сообщайте, что-как, удобно-неудобно, полезно-не полезно. Бойцы радостно, с восторгом, схватили ништяки и растворились в ландшафте. Тишина. "Алекс" пожимает плечами и дальше работает только с теми, от кого приходит внятная обратная связь. Или, например, история с перископами, которые я делал в прошлый Новый год. На каждом снизу на донце была бирка "Изделие номер такое-то, о результатах испытаний, дефектах и поломках сообщить по телефону такому-то". А у меня в файле была табличка, где по каждому изделию было описание всех основных моментов - габариты, материалы, способы соединения узлов, технические нюансы. Было 25 изделий, самых разных размеров. Сколько мне поступило звонков? НИ ОДНОГО. Даже в формате "Изделие такое-то, всё отлично, надо ещё сто штук таких же точно или не таких а вот таких, надо завтра, а лучше - вчера!" Я бы пупок порвал, но сделал. Не завтра и не сто, но сделал бы максимально быстро максимально возможное количество. Ти-ши-на.

Или истории вокруг медицины в войсках. "Нужны ИПП, жгуты, гемостатики, турникеты, нужны турникеты!" Вот читаешь про то, что турникеты нужны, и думаешь - "А сколько из тех, кто этот звон слышали, обычным "жгутом Эсмарха" смогут воспользоваться? Многие видели, что там внутри в этом ИПП?" Вот недавний случай, когда ВСУшники сожгли ПТУРом санитарную машину, которая помчалась вывозить раненого. Это вообще как? Что надо дать людям, у которых на позиции нет никого, кто мог бы банально кровь бойцу остановить и выволочь его при возможности за холмик, где приехавшую за ним санитарку не подобьют? Куда люди ехали на машине? Они не знали, где противник что просматривает и простреливает? Возить людям мозг? А они его будут?

Я некоторое время назад услышал как-то на передке от солдата очень горькую фразу "Чо мы как проигранные?" В сложившейся ситуации сменяющих друг друга односторонних перемирий большое количество бойцов реально чувствуют себя беспомощными проигранными пешками. В их потухших глазах на передовой - отчаяние и усталось. Люди с радостью скинулись бы себе на связь, на оптику, купили бы наколенники и налокотники, форму, но их уже попросили скинуться на лекарства раненым, на бумагу и картридж для принтера, который печатает их документы, на мешки для укрепления окопов, на это, на это, на это...

Большая часть приехавших россиян-советников не могут научить их ничему реально полезному, а большая часть этой большей части ещё и не хочет тратить на это силы и время. "Подкидыши" - сочувственно прозвали их горемык, синячащих по углам за тройную зарплату, вояки-луганчане, едва сводящие концы с концами. Красиво обставленные полигоны с грамотно протянутыми линиями связи и годно оборудованными НП служат для того, чтобы спрятаться в посадке, поспать, попить чайку. "На полигоне тебя ничему не научат, попадёшь на передовую - там научат". И приходит такой воен с передка, выходит стрелять Упражнение Учебных Стрельб №1, и оказывается, что ни стоя, ни с колена, ни лёжа он в мишень на ста метрах из автомата попасть не может ни разу. ОЙ.

В общем, я могу рассказать очень много грустных историй о том, как сводит на нет нашу работу не только казёнщина сверху, а апатия снизу, но цель у меня не просто испортить вам настроение, а ещё и проиллюстрировать тот вывод, который мы в КЦПН некоторое время назад сделали из итогов своей деятельности.

Нам нужен качественный скачок уровня подготовки войск и, как следствие, их мотивации. И, как следствие повышения мотивации, стремление войск к повышению уровня подготовки. Если не стремиться к этому, то можно просто загружать "Газели" берцами и формой и возить их потоком на передовую, не заморачиваясь со связью, оптикой и так далее. Пусть парни умрут в удобной обуви и удобной форме. А они умрут, потому что пока наши потери и потери ВСУ соизмеримы, мы проигрываем войну. И каждый наш погибший - это утерянный опытный боец, на место которого заступает новичок, у которого шансов погибнуть больше, чем у опытного. Потери порождают потери, а первоначальный источник потерь - банальная неработа людей мозгом.

Вот поэтому мы возим методички. Поэтому организуем снайперскую школу. Поэтому работаем с донецким училищем. И, увы, именно поэтому сложные и очень полезные вещи попадают только туда, где мы точно знаем, что ими воспользуются по назначению.

А ещё у нас есть целый ряд вопросов. "Полёвка", полевой кабель. Маскировочные сети. Гибкие носилки. Окопные перископы. Качественный шанцевый инструмент для трудных грунтов. Всё это - примитивные вещи. Почему на пятый год позиционной войны они не делаются массово на предприятиях Республик? Таким макаром, уважемые руководители республик и лица, временно исполняющие обязанности таковых, вы очень скоро останетесь без солдат, ВСУшники просто зайдут к вам в кабинеты, познакомят вас с прикладами своих автоматов и вы, после этой спонтанной косметической хирургии, в тоске и печали поедете в Гаагу, город с древними демократическими традициями.


Что же касается волонтёров и их "сникания", то ещё раз повторю. Кто хотел потсусоваться при войне и попозировать в камуфляже, тот "сник". Кто хочет поработать на Победу, тот работает. Отнюдь не мы одни, кстати.

Update.

Как выяснилось, NewsFront уже выложили большое интервью со мной на эту тему. Текст писался как развёрнутая иллюстрация темы.

Комментарии
Для комментирования авторизуйтесь (зарегистрируйтесь) на сайте или войдите через соцсети:
Войти через соцсети:
Авторизоваться:
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Новое на сайте
Читайте также
» » Андрей Морозов: Сникших волонтёров и стыда диванных войск псто. Немного о нашей работе
18+ © Россия ВБлокнот: новости, аналитика и комментарии по-русски
Мнение редакции не всегда совпадает с мнением авторов опубликованных материалов.
Контакты: E-mail: admin@vbloknot.com
  • Индекс цитирования
Авторизация
Войти через соцсети:
или Авторизоваться: